Кибраев Ринат Бакытович

Впервые имя Рината Кибраева в СМИ появилось в апреле 2009 года. Тогда активисты правозащитной организации «Ар. Рух. Хак» совместно с представителями нескольких молодежных организаций собирались встретиться на площади Республики в Алматы с журналистами по поводу поступивших в Мажилис поправок, законодательно закрепляющих обязательное тестирование школьников и студентов на употребление наркотиков.

Однако «трое молодых людей вместе со своим лидером Бахытжан Торегожиной опять провели несколько часов в Бостандыкском РУВД, куда их уже привозили неделю назад».

«При выходе из офиса нас задержали. Полицейские пытались забрать у нас сотовые телефоны. На наш вопрос, за что же мы задержаны на сей раз, они ответили: „За электронную рассылку, в которой содержался призыв собраться на площади“. В РОВД мы отказались писать объяснительные, и через два часа нас выпустили», – рассказывала тогда Торегожина.

«Пробы на наличие в крови наркотиков собираются брать из вены. Но нам не хочется, чтобы повторились шымкентские события, когда дети были заражены СПИДом. Кроме того, может произойти утечка информации. А если человек будет объявлен наркоманом, то он станет изгоем».

30 сентября 2009 года прошла акция протеста в поддержку осужденного правозащитника Евгения Жовтиса. Ее участники – Жанна Байтелова, Ольга Уразбекова и студент Ринат Кибраев были задержаны и оштрафованы в тот же день.

В октябре 2010 года четверо алматинских студентов с плакатами в руках пришли в Казахский национальный университет им. Аль-Фараби и устроили акцию протеста в поддержку своего друга Рината Кибраева. Ему руководство вуза отказало в переводе из другого учебного заведения.

Ринат Кибраев обучался на государственном гранте в университете «Кайнар» по специальности «Основы права и экономики». Однако его группу закрыли из-за недобора студентов. Тогда Ринат решил перевестись в КазНУ. 1 сентября он пришел на занятия в новый вуз, а 6 сентября его вызвал проректор по учебной работе и сообщил, что произошла ошибка.

Никто из представителей вуза к протестующим с плакатами не вышел. При этом Кибраев заявил: у его отчисления есть и экономические, и политические причины. Первая касалась того, что он не дал взятку сотрудникам университета, вторая – его участия в различных молодежных организациях.

В конце июля 2011 года на сайте Казахстанского международного бюро по правам человека было опубликовано обращение Кибраева, которому предшествовало уточнение: студент университета «Кайнар» Ринат Кибраев отчислен на предпоследнем курсе обучения по политическим мотивам.

«У меня были бесконечные тяжбы с КазНУ им. аль-Фараби, руководство которого незаконно меня отчислило по надуманным причинам. Я вернулся в свой родной университет „Кайнар“, проректоры заставляли меня подписывать расписки, в которых я отказываюсь от политической деятельности, а именно: посещать митинги и акции протеста, но я отказался выполнять такие требования, и вуз чинил мне всевозможные препятствия, чтобы я не мог сдать сессию (из-за тяжб с КазНУ меня вернули в „Кайнар“ в середине первого семестра, и по этой причине меня не допустили к экзаменам).

В январе я попал в тяжелую аварию, получил травму лица и головы и пролежал около месяца в поликлинике Калкамана, мне понадобилось еще два месяца, чтобы восстановить здоровье, но даже в таком тяжелом состоянии меня вызвали в университет и начали угрожать отчислением. На собрании в университете присутствовало все высшее руководство вуза, кроме ректора, и они стали требовать, чтобы я подписал заявление, в котором обязуюсь оплатить в полном денежном эквиваленте пересдачу экзаменов!», – говорилось в обращении.

Дальше активист перечислял все «грехи» администрации университета «Кайнар» и свои достижения, как общественного деятеля. Например, он рассказал, как планировал провести акцию по бесплатному образованию на территории вуза, «но в день акции несколько факультетов университета заперли студентов в кабинетах под присмотром кураторов и деканов», а на территорию вуза прибыли «многочисленные представители полиции, ДВД и отдела КНБ по наводке проректора Калаганова».

«Деканы постоянно говорят мне, что если бы не моя оппозиционная деятельность, то развести предметы не составило бы труда. По слухам, деканы некоторых факультетов постоянно устраивают банкеты и водят в сауну членов Государственной аттестационной комиссии, которые взамен должны не замечать всего плачевного инфраструктурного положения этого частного университета», – писал Кибраев.

Описал активист все сложности своей судьбы: выходец из сельской местности, который не имеет возможности учиться на коммерческой основе, но при этом выбирающий свободу, а не учебу. Ведь «свобода и совесть – этого не отнять у честного человека!». Закончил свое обращение Кибраев философски: «Если жизнь – это постоянная борьба, то, кроме как принять бой, мне ничего не остается».

В марте 2012 года независимый профсоюз студентов составил «рейтинг коррумпированности вузов». Самопровозглашенный лидер самопровозглашенного профсоюза Ринат Кибраев заявил: «наиболее коррумпированными вузами в Алматы являются медицинский университет им. Асфендиярова, Центрально-Азиатский университет, институт им. Кунаева и университет „Туран“. А самыми некоррумпированными – КБТУ и КИМЭП».

При этом Кибраев сообщил, что данные передаст только руководству вузов, они, мол, у него все в папочке – адреса, явки, фамилии коррупционеров.

Сплошное разочарование

Отдельно стоит упомянуть о непростом оппозиционном пути Рината Кибраева, который так и не нашел себе влиятельного покровителя среди мастодонтов казахстанской оппозиции.

Вначале он пытался прибиться к Жанболату Мамаю и его «Рух пен тiл». Тот как раз готовил митинг против вступления Казахстана в Таможенный союз. Кибраев пообещал Мамаю собрать как можно больше молодежи и даже вроде как вел какую-то агитацию, но в итоге сам на митинг и не явился.

После этого случая Кибраев перестал быть национал-патриотом, а превратился в социалиста, задружившись с Айнуром Курмановым. Через последнего Кибраев познакомился с предводителем партии «Алга!» Владимиром Козловым. Тот было обрадовался «свежей крови», но быстро разочаровался после «акции четверых» во дворе КазНУ. Стало очевидно, что Ринат Кибраев вряд ли сможет поднять массы на протесты.

Зато Кибраев прекрасно мог создавать шум вокруг собственной персоны. Например, в августе 2013 года он заявил о совершенном на него нападении, похищении и угрозах в свой адрес. Мол, 23 августа, около 22 часов в одном из дворов в центре Алматы на него напали восемь неизвестных ему мужчин в масках.

«Посадили меня в машину и увезли за пределы города. Одели мешок мне на голову, вывезли в степь, в сторону Астаны, около часа-двух ехали. Остановились, они выкинули меня из машины, направили на меня пистолеты. Угрожая оружием, заставляли рыть себе могилу. Они угрожали, что расправятся, если я не прекращу гражданскую активность. Они сказали, если я уеду из Алматы в течение 24 часов, больше меня не побеспокоят. Они стреляли не в меня, а рядом. Я не мог понять, холостые были патроны или нет», – рассказывал Кибраев.

Похитители оставили свою жертву в степи, откуда та смогла добраться до трассы и доехать до Алматы на попутном автомобиле. Кибраев написал заявление о похищении и угрозах в полицию, что подтвердили и в Алмалинском РУВД города. Похитителей в итоге так и не нашли, хотя есть вероятность, что их и не существовало в природе.

Даже после этого громкого «преступления» в отношении оппозиционера Кибраева интерес к нему со стороны коллег более высокого полета так и не появился.

В феврале 2014 года Кибраев с еще парочкой таких же горемык-оппозиционеров пытался пробраться на встречу акима Алматы Ахметжана Есимова с блогерами. Однако вместо пышного дастархана им была уготована поездка в спецприемник: Дмитрий Щелоков, Ринат Кибраев и Нурали Айтеленов были осуждены на 10 суток ареста.

«Мы вообще пришли выразить протест. Его (Есимова – прим.) обед с блогерами был реакцией на публикацию российского блогера Варламова, который сказал, что в Алматы нормально жить могут лишь те люди, у которых высокий достаток. Вместо того чтобы принять меры, аким собирает блогеров по неофициальному приглашению, как сейчас выяснилось, на свои личные средства и в свое рабочее время.

Мы пошли туда не для того, чтобы получить деньги от Есимова, который, по слухам, раздавал по $ 2−3 тыс. Но это неподтвержденная информация. Мы пошли даже не поесть. Мы хотели спросить у акима, почему он не решает насущные проблемы города. Изначально мы знали, что нас не пустят», – рассказывал после освобождения Кибраев.

При этом его друг Дмитрий Щелоков на полном серьезе говорил об их троице, как о политических заключенных.

«У нас были плакаты, но мы их не сразу развернули. Мы подошли к секьюрити с просьбой впустить нас. Мы даже накопили деньги, чтобы заказать столик в этом ресторане. В тот день у меня не было желания проводить какие-то несанкционированные акции, так как я в тот день должен был жениться – зачем мне садиться на 10 суток?

Я ж давно занимаюсь политикой и знаю, что мне грозил бы арест или штраф в лучшем случае. В 17:00 я должен был расписываться, а в скором времени невеста должна родить. Итак, нас не впустили, и нам оставалось развернуть плакаты и докричаться если не до акима, то хотя бы до блогеров. Я лично кричал: „Есимов, чисти снег!“ Но разве это экстремистский лозунг? Потом приехала полиция, и остальное уже все знают», – вспоминал Кибраев.

Но даже и в спецприемнике Нурали Айтленов, Ринат Кибраев и Дмитрий Щелков посидеть спокойно не смогли. Как выяснилось позже, молодые люди отбывали наказание в том же специализированном приемнике для административно арестованных (СПАА) при ДВД города Алматы, что и Максат Усенов, сбивший несколько человек возле кинотеатра «Целинный».

«Вместе со мной в соседней камере No 1 сидел и сидит горе-водитель Максат Усенов, а сидит он в камере в отличие от нас по особенному – на камеру в шесть мест, он сидит то со своей сестрой, со своей матерью, а в последний раз с каким-то братом. В камере двери всегда открыты и питается Усенов не „государственными харчами“, а едой достойной „вип арестанта“. Дискриминация во всем», – писал Кибраев.

Представители ДВД подобные заявления опровергли, а сам Усенов написал на троицу заявление о распространении о нем недостоверных сведений.

2015 год стал для Рината Кибраева новым этапом в его гражданском активизме. В его лексиконе появился термин «вата», а отношение украинских националистов к россиянам стало для него примером. И хотя сам Кибраев давно подчистил свою страницу на Фейсбуке от постов националистического толка, интернет хранит память о тех суровых постах.

Традиционно Кибраев и в 2015 году пытался прибиться хоть к какому-то оппозиционному лагерю. Да так усердно, что даже загремел в августе вместе с Ермеком Нарымбаевым в полицию. О чем не забыл сообщить у себя в соцсетях.

В августе 2016 года Алмалинский райсуд Алматы вынес приговор по делу Рината Кибраева и его жены Сайран Бекбергеновой, обвинявшихся в организации притона. Конечно, позднее Кибраев преподнесет это, как политический заказ. Ну, а в то время следствие установило, что сотрудницы массажного салона активиста и его жены оказывали клиентам услуги интимного характера. Во время досудебного расследования оба супруга поначалу находились в следственном изоляторе, но после ряда ходатайств беременная Сайран все-таки была отпущена под подписку о невыезде.

В ходе судебного процесса, который проходил в закрытом режиме, подсудимые заявили о готовности заключить процессуальное соглашение. Они признали свою вину в обмен на смягчение приговора, и в итоге Ринат Кибраев получил полтора года лишения свободы, Сайран Бекбергенова была приговорена к одному году лишения свободы, но в связи с беременностью и наличием малолетнего ребенка суд предоставил ей отсрочку сроком на два года.

А в это время в Атырау шел судебный процесс по делу Макса Бокаева и Талгата Аянова. На одном из заседаний свидетельские показания дали Ринат Кибраев и Марлан Есильбаев. Допрос свидетелей происходил дистанционно – была организована видеоконференцсвязь с городом Алматы.

«21 мая в Алматы должна была состояться акция протеста против законопроекта о земле, 6 мая в Алматы тоже должна была состояться акция протеста. Для организации этих мероприятий Талгат Аянов прибыл в Алматы, он гостил у меня пару дней. 3 мая мы поехали в гостиницу „Казжол“, там я встретил общественника Есильбаева из Семея. В Алматы Талгат встречался с общественниками для организации акций протеста против нового Земельного кодекса. В тот же вечер этого дня мы поехали в сауну. Там мы решили отдохнуть, выпили и обсуждали законы о земле, какие акции протеста должны пройти», – рассказал свидетель Ринат Кибраев.

По его словам, в Алматы Талгат Аянов проводил встречи с общественниками, на которых давал им подробные инструкции по организации акций протеста.

«Талгат сказал, что есть спонсоры, которые помогут провести акции. Он только уточнил, что это люди с южного Казахстана», – отметил он.

Речь шла о шымкентском бизнесмене Тохтаре Тулешове, который ранее заявил, что передал Талгату Аянову $ 100 тысяч. Ринат Кибраев пояснил, что полученные деньги Талгат Аянов планировал потратить на проведение бессрочных акций протеста.

«Если 21 мая власти бы не пошли на уступки, то акции протеста должны были стать бессрочными. На бессрочные акции необходимо организовать палатки и питание. Для этого и предназначались эти деньги», – продолжил Кибраев.

По словам Рината Кибраева, Талгат Аянов опасался преследования правоохранительных органов, поэтому передал часть имеющихся у него денег Есельбаеву.

Слова Кибраева подтвердил Марлан Есильбаев. Он заявил, что действительно получил от Талгата Аянова крупную сумму денег.

«3 мая мне Талгат Аянов передал черный пакет, в котором находились деньги. Талгат только сказал, что за ним следят правоохранительные органы, и он боится хранить деньги у себя», – рассказал свидетель.

Марлен Есильбаев пояснил, что деньги он завернул в футболку Талгата Аянова. Позже деньги были найдены в ходе обыска квартиры Есильбаева в Семее. В пакете содержалось $ 50 тысяч.

В декабре 2016 года Ринат Кибраев вышел на свободу досрочно, выплатив штраф за оставшийся срок наказания.

После выхода из алматинского СИЗО, где Кибраев отбывал свой срок за организацию притона, активиста знатно помотало и в политических пристрастиях, и в риторике, и по Казахстану. Хотя так остается и неясным, за чей счет организовывает он свой банкет общественника.

Как бы то ни было, а Кибраев стал ратовать за объединение казахстанцев всех национальностей и религиозных предпочтений. Он записал интервью с коммунисткой Ириной Смирновой, хотя категорично выступает против представителей этой идеологии.

Кибраев искал работу журналиста без зарплаты, но со служебным удостоверением, даже был готов купить жилет «Пресса». Успел побыть наблюдателем на президентских выборах и не найти нарушений. Подержался за американский флаг и пропел короткую оду США. Посочувствовал осужденному за разжигание межнациональной розни Манасу Бистаеву. Призвал Мухтара Аблязова «угомонить эту дуру» Жанну Боту.

Одним словом, оказавшийся никому неинтересным гражданский активист Ринат Кибраев привлекал к себе внимание, как мог. И даже снимал абсолютно бессмысленные видео под громкими заголовками, которые так характеризуют всю сущность этого бесславного оппозиционера.